Почему «The Immortal Hulk» — лучший комикс о Халке? Разбор сюжета, который сделал Халка Бессмертным

6 265

Почему нужно прочесть комикс «The Immortal Hulk».

Примерно так началась моя история с материалом про «Бессмертного Халка».

Говоря начистоту, идея написать объемный, визуально понятный и комплексный текст про одну из главных новинок издательства Marvel витала в воздухе с самого старта интригующей и безумно завораживающей истории Эла Юинга и ныне почившего из индустрии Джо Беннетта.

Другое дело, что написать подобную работу на многостраничный сценарий, переполненный аллегориями, замысловатыми метафорами и потаенными смыслами, за короткое время, без должной подготовки и, желательно, диплома об окончании психологического факультета априори невозможно – слишком большой объем.

Сами посудите: каждый из пяти десятков выпусков начинается с цитаты, взятой либо из трудов великих психиатров и деятелей культуры, либо из классической художественной литературы, либо из Ветхого Завета. Каждая из цитат напрямую связана с центральным конфликтом в комиксе, будь то поиск порядка в хаосе или разбор климатической обстановки в мире. И чтобы полноценно понять контекст, необходимо прочесть каждое из произведений, на которое ссылается Юинг.

А ведь это только первые двадцать номеров. Нет, цвет фона я никак не менял.

А помимо этого есть еще и визуальные оммажи от Беннетта, который также не намерен скрывать свой более чем двадцатилетний опыт работы в качестве художника комиксов. И ключевое слово здесь – «художник».

В финале 19-го номера поза и мимика Бетти Росс-Баннер повторяет Кроноса с росписи испанского художника Франческо Гойи «Сатурн, пожирающий своего сына». Занятный оммаж, учитывая то, что весь 19-ый выпуск был посвящен развитию Бетти в самостоятельную и не зависящую ни от кого личность, которая прекратила стыдиться себя и собственного гнева. И это удивительно ярко соотносится с жизнью Франческо: в начале своей карьеры, к примеру, Гойя регулярно участвовал во всевозможных конкурсах художников, каждый раз занимая последние места из-за недальновидного мышления судий и отторжения людей новой вехи изобразительного искусства.

А помимо этого есть «внутренние» референсы авторов на прошлые выпуски серии, которое также играют важную роль в понимании хронологии повествования.

К примеру, монолог Брюса из будущего, появившийся в оформлении классической «вступительной цитаты» в 25-ом выпуске, позже полноценно возвращается на страницы в 39-ом номере.

И все это надо постоянно держать в голове аки десятки переменных, анализировать, разбирать и соотносить друг с другом. Работа для истинного мазохиста – не иначе.

Важно: разбор данных референсов, оммажей и изобразительно-выразительных средств не влияет на качество итогового произведения. Нам с Никитой, как авторам аналитических статей и новостных материалов, важно разбираться в тексте, однако кардинальных изменений при прочтении они не гарантируют. Проще говоря, читать комикс можно и без знания работ Юнга – просто мы задроты, которым важно полное понимание оригинальной концепции.  

По итогу лично для себя я решил: «Когда-нибудь кто-нибудь более толковый придет и сам все сделает». А следом на сайт пришел Никита Грицков, чьи гайды про злодеев и Черепашек-Ниндзя вы все так любите. Еще пару месяцев назад мы с Никитой договорились сделать совместный текст, по духу близкий к недавнему обзору серии «The Amazing Spider-Man» Ника Спенсера. В конце октября он начал обсуждать со мной идею написать про «The Immortal Hulk».

Я сдался. В любом случае, какими бы перед нами не были комиксы, книги, фильмы, спектакли или музыкальные альбомы, зачастую их цели в современном обществе сводятся до двух крайне простых позиций: развлечь и дать «пищу для размышлений». И если с анализом первого все куда как проще, то со вторым дела обстоят иначе. Необходимо ли «разбирать» по косточкам каждую часть истории, не оставляя будущим читателям ту самую «пищу», или же мы, как авторы крупного и авторитетного СМИ, обязаны лишь «поделиться» собственными впечатлениями и эмоциями, позволив каждому из вас лично препарировать одну из самых гротескных и ярких серий комиксов десятилетия?

Мы авторы или читатели? Голос или слух?

«Гебура или Голахаб? Человек или Монстр? Что ты, Брюс Баннер с Земли?»

Пока вы отвечаете на этот вопрос, начнем. Желательно, с начала.

Далее, как и в случае с разбором «The Amazing Spider-Man», идут сюжетные спойлеры. Если вы по каким-то причинам намерены избегать подробностей истории, настоятельно рекомендую остановиться на данном абзаце и вернуться к тексту спустя какое-то время. В ином случае: желаю вам приятного чтения!

Боди-хоррор

Давид Пириянц

Просьба проигнорировать данный пункт особо впечатлительным читателям: далее речь пойдет о самой яркой, но от того не менее омерзительной части «The Immortal Hulk». Ради вашего же блага, прошу, промотайте текст до следующего пункта.

«Боди-хоррор» – направление жанра «хоррор», для которого характерна «особая» фокусировка на человеческом теле, его трансформациях и метаморфозах.

Лично я в детстве был огромным фанатом классической серии «Hellraiser» и оригинального «The Thing» Джона Карпентера. На самом деле, уже после написания этого предложения я понимаю, почему мне необходимо ходить к психотерапевту, но да ладно.

Если серьезно, то Эл Юинг и Джо Беннетт были обязаны сделать «The Immortal Hulk». Уверяю, даже если бы эти двое никогда не пересеклись в рамках работы в Marvel Comics – они бы все равно смогли создать собственный хоррор-эпос, вдохновленный творчеством Карпентера, Гигера и «больными» фантазиями среднестатистических подростков с неумолимой тягой к искусству.

Поначалу может показаться, что громкая пиар-компания Marvel, почти полностью построенная на упоминании «жутких элементов» онгоинга, в очередной раз вводит читателей в заблуждение – первый номер, не считая вступительной сцены на заправке, не блещет яркими проявлениями хичкоковского саспенса или омерзительными визуальными решениями в духе фильмов Дэвида Кроненберга. Первые впечатления оставляют неприятное послевкусие – ощущение, будто речи о «самом страшном комиксе Marvel» по факту вновь ограничились парой-тройкой незамысловатых убийств и трансформацией монстра в тени.

Кардинально противоположные чувства ты начинаешь ощущать уже к финалу седьмого номера: Мстители победили Халка ценой уничтожения целого города, застрелив Баннера космическим лазером на энергии солнца. Казалось бы, мы знаем, что персонаж не умрет – физически не может: как с точки зрения внутренней логики мира, так и с точки зрения нарратива. И какой же был мой шок увидеть финал выпуска, в котором Беннетт начал активно смаковать демонстрацию «ужаса»: первобытный страх и ярость, читающиеся в глазах расчлененного Здоровяка, до сих пор вызывает бурю самых разнообразных эмоций.

Восьмой номер «закрепляет» увиденное, предлагая во всех подробностях рассмотреть каждую отрубленную конечность, вывернутый на изнанку орган и вырезанный с мяса шматок мышц и нервов.

Зрелище отнюдь не для слабонервных, которое тем не менее играет важную роль на сюжет авторства Юинга: теряя полное понимание «работы способностей» Баннера, читатель лишь сильнее вжимается в кресло в ожидании исхода истории. Просто представьте, сколько визуально отталкивающих, до омерзения красивых и экспериментальных картин можно показать?

И знаете что? Юинг и Беннетт показывают. Показывают все. Далее идет лишь крохотная часть моих любимых разворотов «Бессмертного Халка», каждый из которых я готов прямо сейчас вывесить у себя над рабочим столом.

Отдельное внимание хочется уделить «превращениям» Халка: если раньше Зеленый Громила явно уступал Призрачным Гонщикам и Ночным Оборотням, то теперь перед нами самое настоящее конфетти из внутренностей, кожи и прочих останков. Любимыми трансформациями, конечно, остаются те, что были показаны в юбилейном 33-ом (#750 по Legacy-нумерации) и 40-ом выпусках – никак не могу насмотреться на работу совместную художников, колористов и контуровщиков.

А ведь Беннетт еще и оммаж на самого себя делает!

Кровные узы

Никита Грицков

Представьте, что «Бессмертный Халк» – это первый комикс в вашей жизни.

Вы ничего не знаете об отце Брюса Баннера, о существовании Серого Халка, Маэстро и гамма-собак, о Зелени, Багрянце и Гнили, супернаркотиках, злодейском аналоге «Exxon» и о том, что человеческий глаз распознает в зеленом больше оттенков, чем в любом другом цвете.

Сработают ли для вас разнообразные триггеры и отсылки? Поймете ли историю без знания контекста? Может ли существовать «Бессмертный Халк» без связи с прошлым Брюса Баннера?

Да. Эл Юинг не просто стоит на фундаменте из десятилетий истории – он уверенно делает вид, что предыдущие 717 выпусков «Невероятного Халка» существовали ради того, чтобы открылась Зеленая Дверь. Но все 50 выпусков «Бессмертного» замыкаются в самодостаточную историю, после которой на Халка вы посмотрите совершенно по-другому.

И нет. Иногда при прочтении рана у меня возникала мысль, что это должен быть мой последний комикс про Брюса Баннера – после него вернуться к мейнстриму будет мучительно больно.

Чтобы вы ни испытали – шок первых ощущений или восхищение великим замыслом – вы не останетесь разочарованными. Но все же «Бессмертный» в восприятии на уровне только чувств и ощущений мне кажется намного более интересным и насыщенным опытом, чем подробный разбор с Википедией. Окунитесь в него, как в свое подсознание – и вы получите уникальную историю, которая будет принадлежать только вам.

Итак, начнем с нулевого выпуска, который, разумеется, нужно читать не первым, а только после 36 номера, потому что он содержит важный плот-твист… А хотя, читайте этот комикс как хотите — хуже серия от этого однозначно не станет.

Доктор Брайан Баннер разрушил собственную семью и нанес родному сыну непоправимую психологическую травму. Он попал в ловушку «самосбывающегося пророчества», когда был уверен, что Брюс станет монстром и в итоге сам обрек его на подобную участь.

Что меня восхищает в работах Юинга – достаточный такт, чтобы отодвинуть собственное эго в сторону и обратиться к наследию персонажей. В нулевом выпуске-приквеле были перепечатаны истории из «Incredible Hulk» #312 (1985) и «Incredible Hulk» # -1 (1997): идея того, что Халка породила семейная драма, а не взрыв бомбы, остается актуальной даже спустя тридцать лет.

Когда Брайан мучал свою семью, подсознание беззащитного малыша Брюса породило Триаду защитников – «предков» будущих Халков. Фантазия ребенка более пластична, чем у взрослых: источником вдохновения для них буквально служит все вокруг, ведь они видят мир впервые. Из игрушки Брюс выдумал Стража (воплощение инстинкта выживания), из елочного украшения – Сияние (способность рационально мыслить), а отец-тиран стал в его глазах Гоблином (подавленная ярость).

Если бы это был инди-комикс, в итоге бы сюжет скатился, скорее всего, к тому, что приключения Халка оказались воспаленной фантазией Брюса. Но «Бессмертный Халк» – супергероика с невероятным бэкграундом, где плохие отцы возвращаются из Ада…

…. чтобы встретиться с «любимыми» детьми.

Джеки МакГи и СМИ

Давид Пириянц

Так, мы ребята здесь весьма смышленые, ведь так? Самое время сказать, что зачастую нынешние СМИ и региональные источники свежей информации вроде газет и телеканалов – это плохо. Говорю вам как человек, который планировал стажироваться в газете своего города, число жителей которого еле переваливает отметку в 50 тысяч человек.

Первоначально мы видим Джеки МакГи, центрального персонажа серии «The Immortal Hulk», в роли эдакой «дешевой» версии Лоис Лейн – молодой и энергичной журналистки, которая всеми силами начинает преследовать «героя» своих аналитических статей и новостных репортажей. Уже позднее мы узнаем, что героиню с Халком связывает личная история: ее привязанность к монстру – психологическая проблема, вызванная одновременно ненавистью, непониманием и желанием «уподобиться» вечно крушащему все мстителю.

По ходу сюжета растет МакГи – растет и ее роль в газете. В течение нескольких месяцев Джеки давит на редактора, намереваясь самостоятельно «раскрыть» и рассказать историю нынешнего Брюса Баннера, после чего получает неохотное одобрение от руководства.

К слову, о подходе МакГи к «сбору» сюжета – это отлично демонстрирует третий номер серии, в котором Джеки на протяжении целого выпуска слушает истории совершенно разных людей об одном и том же событии. Избитый ход, который однако раскрывает героиню как талантливого журналиста и автора, не боящегося своей работы. Не забываем и прекрасных художников номера.

А затем ад, встреча с умершими близкими и знакомство с «Тем, Кто Под Нами». Убийства, смерти, воскрешения. Психика любого, даже самого стойкого человека пошатнется.

Спустя еще несколько месяцев «Аризонский Вестник» начинает расширяться. Джеки уже прошла через ад (и это вовсе не метафора), закрыла свою «сюжетную линию» с Баннером и была готова приступить к новой истории. Разумеется, так просто отпустить героиню уже не смогли: редакторы и руководящий состав газеты буквально молятся на работы МакГи, которые превратили «Вестник» в новостной ресурс национального масштаба. Девушка вновь вынуждена влезть в мир Халков, подвергая свою жизнь и жизнь близких ей людей опасности ради стоящей статьи.

А следом помощь Баннеру в уничтожении главы Базы Теней и встреча с переродившимися Риком Джонсом и Бетти Росс-Баннер. Убийства, смерти и воскрешения. Вновь.

Офис расширяется, персонал меняется, время идет – лишь Джеки остается на своем месте. Ее труды не просто кормят, но почти полностью содержат расширенный «Аризонский Вестник». В 26-ом номере, следующем за сюжетом с новой Мерзостью и войной с Базой Теней, в очередной раз раскрывается часть «журналистской» истории комикса. Разумеется, не обходится и без занятных отсылок. К примеру, «Аризонский Вестник» сравнивают с «Daily Bugle», которые на протяжении многих лет паразитировали на образе Человека-Паука в прессе.

В диалоге с МакГи редактор «Вестника» говорит девушке «Ты обеспечишь фотографии, а мы обеспечим Халка» (в оригинале: «You provide the pictures, we’ll provide the Hulk.»). Данная фраза стала референсом к словам Уильяма Рэндольфа Херста – одного из ведущих газетных издателей Америки, медимагната и одного из величайших журналистов современности, изменившего отношение к профессии в мире. Первоначально она звучала как «You furnish the pictures, I’ll furnish the war» («Ты обеспечишь фотографиями, а я обеспечу войну.»).

Наверное, один из самых интересных «текстовых» оммажей за всю серию, подкрепленный огромным историческим и политическим контекстом. Простите, но про освободительные движения в Кубе и развивающуюся на тот момент конкуренцию Херста и Пулицера как-нибудь в другой раз.

МакГи вновь соглашается продолжить работу над сюжетами о Зеленом Монстре, вознамерившись поддержать своих товарищей и приютившее ее когда-то издание. А уже спустя пару выпусков – убийства и смерти. Только в этот раз уже, к сожалению, без воскрешений.

Главный офис «Вестника» был стерт с лица Земли одним из мифологических чудовищ (которого, разумеется, должны звать «необычно»: к примеру, «Харрихаузен» в честь Рэя Харрихаузена – великого художника, дизайнера, аниматора и писателя). Большинство сотрудников либо убиты, либо до ужаса напуганы случившимся. Героиня из последних сил работает, пытаясь хоть немного отвлечься от смерти своих друзей и коллег. Чем же заканчивается ее история?

42-ым выпуском и одним из лучшим панчлайнов за всю историю комиксов, смех от которого я не могу сдержать даже сейчас, уже пятый раз перечитывая серию для собственного материала.

– Совет считает, что «Вестник» лишь выиграет от нового направления. Меньше фокусировки на печати… меньше внимания и времени на журналистские расследования… и, очевидно, нам нужно будет скорректировать вашу зарплату. Но давайте относиться к этому как к новому началу. Как вы относитесь к формату «списков» и «топов»?

И она уходит. Один из лучших панчлайнов за всю историю комиксов.

А заодно держите отличную карикатуру авторства Беннетта, на которых он уже собаку съел. Простите, плохая шутка.

Шведский стол

Никита Грицков

Есть незамысловатый секрет, как заставить читателя не отрывать глаз даже от самой отвратительной сцены побоища. Просто нужно сделать мерзкое привлекательным, а привлекательное – мерзким. А что может быть притягательнее шикарного обеда?

«Сочная» бойня Беннетта – это «пиршество», где кишки и поджелудочная Халка превращаются в яростно перемешанный салат, а голова Лидера – брызжущий соком плод. В мире «бессмертных» реалистичное насилие не может существовать в принципе – из-за своей неубиваемой природы гамма-мутанты находятся ближе к вечнозеленым растениям, чем к «мясным мешкам». Потому многочисленные расчленения и трансформации выглядят убийствами невероятной красоты. Если можно назвать нарезку зелени убийством, конечно же.

Совсем рядом виднеется территория «Жуй» и «Болотной Твари», но заходить на нее мы не будем.

Однако вся соль в том, что не только художник позволяет себе «пищевой» подход. Юинг поставил себе цель охватить всю мифологию Зеленого Голиафа, но не стал касаться абсолютно всех персонажей, появлявшихся в жизни Баннера. Вместо этого он разложил на столе ингредиенты, накопившиеся за почти шестьдесят лет истории, и дерзко переписал «рецептуру» всех блюд.

Мало кто бы отважился мешать яичницу с ухой. Вернее будет сказать, что яичница это универсальное и примитивное блюдо благодаря своей простоте, которое хорошо подойдет везде. Рик Джонс давно перерос звание вечного сайдкика и даже успел побывать халкоподобным монстром (А-Бомбой), но чаще всего ему доставалась роль «символа старой доброй эпохи, когда героями еще нужны были подростки на побегушках». И на фоне такой тривиальной подачи беспощадный конвейер страданий, через который Юинг пропустил Рика, выглядит настоящим вызовом: смотрите, что я могу сделать с героями вашего детства!

Тело Рика сначала превратилось в начинку для Мерзости, а затем – в обертку для главного злодея рана. И между двумя этими метаморфозами нам на его примере услужливо показывали, как будет выглядеть человек с шеей во весь свой рост и прочими анатомическими фокусами.

Превратить Мерзость в более телесную версию симбиота – «суп» из конечностей и шипов – уже не такая провокативная идея по сравнению с мучениями Рика. Один из злейших врагов Халка стал телом-тюрьмой, что уже вызывает кучу неприятных ассоциаций: от жертвы экспериментов до расколотой биполяркой личности, которая показывает Баннеру, что не только у него есть психические проблемы. Вообще, каст этого комикса великолепно демонстрирует, что в психике каждого человека достаточно трещин, чтобы из нее вырвались монстры.

Другой пример занятной «кулинарии» – совмещение образов идеальной Бетти Росс, возлюбленной Брюс, и раскованной Марло Чендлер, любовницы Джо Фиксита (серой стороны Баннера). Вот только у девушек тоже были скрытые грани: яростная Красная Женщина-Халк и чудовищная Гарпия. И теперь весь этот винегрет из уже четырех характеров оказывается смешан в одной героине – Красной Гарпии, за мгновение ока превращающейся из верной спутницы в сердитую фурию.

Привыкли видеть женских персонажей как однотипных статисток или «женщин в холодильнике»? Так получайте: теперь в Бетти собран такой хаотичный спектр инстинктов и чувств, что за ее непредсказуемой натурой будет невозможно уследить.

Еще было приятно снова увидеть Дарио Аггера – ходячее олицетворение ужаса, который собирает в своем характере всю «бездушность» многомиллиардных корпораций. Один из самых броских персонажей и образов в комиксе: кто может изобразить бизнесмена еще более карикатурно, чем тучный минотавр с мерзкими желтыми зубами курильщика и пустыми глазами животного? Но его исход очевиден с первого появления в комиксе. Поставить рядом «корову» и мясницкий нож «боди-хоррора»  что же может пойти не так?

Шарлин МакГоуэн и ЛГБТ+

Давид Пириянц

Появившаяся впервые еще в первом сюжете «Бессмертного» (конкретно – в шестом номере), ученая Шарлин МакГоуэн стала второй моей любимой героиней сразу после уже упоминаемой в прошлом пункте Джеки МакГи.

Персонаж, который предан не столько конкретным людям, сколько своей работе – изучению Халка и влияния гамма-излучения на людей. В ходе только первой половины серии Шарлин то и дело пытается «облегчить» нелегкую участь гамма-мутантов, раз за разом проявляя неподдельное сопереживание и заботу к своим «пациентам». Казалось бы, мелочь, которая тем не менее много говорит о героине и ее приоритетах: несмотря на свою верность главе Базы Теней, генералу Фортеану, МакГоуэн вовсе не лишена критического мышления и силы воли, открыто подвергая сомнению большинство убийственных идей своего прямого командира.

Следом МакГоуэн и вовсе переходит на сторону Баннера: увидев, чем может стать человек, движимый собственными комплексами и ненавистью, Шарлин собственноручно берет полное управление над Базой Теней, «отправляет в отставку» сошедшего с ума Фортеана и дает присягу Зеленому Монстру.

Далее будет раскрыто и «происхождение» Шарлин: девушка была вынуждена работать на Уилсона Фиска, создавая синтетический наркотик MGH (наверное, одно из самых упоминаемых «веществ» в мире Marvel) на основе крови молодого мутанта. Следом: встреча с Сорвиголовой, тюрьма, срок и знакомство с Реджинальдом Фортеаном, который и спас девушку из заключения.

Само собой, генерал действовал исключительно из корыстных целей – ему были нужны ученые-эксперты, ранее работавшие с мутантами и супергероями. Тем не менее уже в ретроспективе событий преданность МакГоуэн Базе Теней более чем ясна – девушка благодарна возможности вновь работать и приносить пользу обществу, на сей раз работая с правительством Штатов.

По итогу мы получаем крайне харизматичную героиню, которая абсолютно не боится брать на себя ответственность за подчиненных и идти наперекор очевидно «неправильным» приказам. Она умна, рассудительна и талантлива. Проще говоря, пускай и не самый яркий, но очевидно незаменимый участник «Отряда Гамма», без которого основная серия заметно бы потеряла в разнообразии состава.

Причем здесь ЛГБТ-сообщество? Да дело в том, что Шарлин МакГоуэн – транс-женщина.

И подается данная информация настолько легко и «между строк», что банально сфокусироваться на этом у читателя не получается. Героиня, несмотря на свой пол при рождении, ощущается в первую очередь как сильная женщина, за историей которой хочется следить. Информация о «переходе» урожденного парня не просто «вбрасывается» в повествование, но подвязано под актуальное расследование и используется в качестве примера анализа собственного мышления и разума.

– Лен… эм… ты ведь знаешь, что я транс, да?

– Ах, да. В смысле, я наверняка не знаю, но… Окей, я просто не думаю, что это мое дело.

– Да. Я не говорю об этом с людьми, которых недостаточно хорошо знаю. Но для меня мое осознание… стало началом долгого процесса… изучения самой себя, я полагаю. Или самопознания. Я потратила очень много времени, разбираясь, что есть я, а что нет.  Что является историей обо мне, придуманной для меня же миром.

Наверное, один из моих любимых ЛГБТ-персонажей наравне с Мистик, Халклингом и Викканом. И разбираясь в героине и ее происхождении в комиксах подробнее, не удивительно, что Элу Юингу удалось так интересно прописать потенциально неудачного и скучного персонажа: как признался сценарист, МакГоуэн создавалась в соавторстве с Кристал Фрэйзер – транс-женщиной, известной ролевой игрой «Pathfinder» и веб-комиксами про проблемы идентификации представителей ЛГБТ-сообщества.

Понимаю, как это может звучать, однако факт на лицо: Шарлин МакГоуэн в «The Immortal Hulk» – прекрасная героиня, которая идеально дополняет каст второстепенных героев серии про гамма-мутантов.

К слову, Леонард Самсон – редкостный болван, судя по его диалогу с Шарлин в первом выпуске «Gamma Flight» от все тех же Юинга и Фрэйзер: только «настоящий гений» может сравнить «переход» от мужчины к женщине с трансформацией человека в йети-подобного монстра.

Дробление личности

Никита Грицков

«Бессмертный Халк» абсолютно внезапно из философского трипа может превратиться в каталог, упорядочивающий беспорядок континьюти – и это прекрасно.

Не сказать, что идея разложить личность Халка на архетипы никогда раньше не использовалась: по меньшей мере, ран Питера Дэвида строился вокруг нее. Но Юинг зашел намного дальше.

Появление образа Халка в разуме маленького Брюса было связано с попыткой придумать защитника, способного справиться с тираном отцом. Это был Халк-ребенок, буйный и непосредственный сгусток эмоций. Серый же в свою очередь стал более зрелым воплощением типичных подростковых желаний, вроде бунта против общества и сексуальной раскрепощености, личность которого была взращена классическим черно-белым кино о гангстерах. То есть все, что не мог позволить себе прилежный тихоня. Но что будет, если теневая личность минует стадию Халка и воплотится сразу в Баннера?

Тогда мы получим Джо Решалу Фиксита в человеческом теле.

Изящная задумка о превращении одного Баннера в другого – здесь не нужно быть психологом, чтобы разглядеть историю о «борьбе со своей Тенью и слиянии с ней» имени Юнга-Юинга. Троп не просто популярный, а порядком заезженный, но здесь он играет новым красками, когда превращается в логичную ступеньку развития Серого. Жаль только, что она не стала финальным этапом, и Решала вернулся к обращению в Халка – на этот раз Красного. Игра с фансервисной перемешкой образов? Или намек на то, что Красный – это «созревший» Зеленый?

Бесподобное изображение беспорядочного подсознания Брюса от Ника Питары

Но если Джо можно представить как темную сторону сознания Баннера, то личность Зеленого Голиафа разветвляется еще быстрее, чем семейное древо:

  • Дикий Халк – большой ребенок, любит крушить, ненавидит сложные предложения. Легко разозлить, но также несложно подружиться. Самый знаменитый Халк, к которому рано или поздно откатывается статус-кво. Если попытаться соотнести его с Триадой, то ему, как ни странно, соответствует злобный Гоблин! Дополнительное подтверждение, что дети не всегда похожи на родителей.
  • Дьявольский Халк – мстительный и жестокий разрушитель, вместивший в себя худшие черты Брюса. В альтернативном будущем именно эта личность станет Маэстро – диктатором, который поработит мир (по крайней мере, на это есть намек внутри комикса). Потомок высокоинтеллектуального Сияния.
  • Зеленый Шрам – герой истории «Планета Халка». Иллюминаты изгнали его на другую планету, где он свергнул местного тирана и нашел любовь. Но ненадолго. Новое воплощение Стража.

Оно, Сверх-Я, Я. Восьмидесятые, (почти) девяностые, нулевые. Ребенок, подросток, юноша. Тоска по отцу, ненависть к отцу, готовность стать отцом. Салатовый, нефритовый, изумрудный. Метафора войны, метафора расстройства, метафора взросления. Ярость, жестокость, безрассудство. Ребенок, изгой, воин. Кулаки, мозг, сердце.

На раскапывание всех заложенных метафор можно потратить вечность. Число историй, которые можно сотворить из них, бесконечно. Но и это совсем необязательно – и без «глубокого» анализа у нас всегда останется причудливо прорисованный внутренний мир.

Ксенму

Давид Пириянц

«Эффект Манделы» – явление, которое заключается в совпадении у нескольких людей воспоминаний, противоречащих реальным фактам. Данный феномен связан с ложной коллективной памятью.

Сюжет с одним из самых нетипичных и ярких злодеев «The Immortal Hulk» занял три выпуска: с 31-го по 33-ий: «Remember?», «Hulk is Hulk», «The Thoughtful Man» (помимо этого Ксенму появлялся в 28-ом и 30-ом номерах). И я от него без ума.

Впервые злодей появился еще в 1960-ом году – создателями Ксенму стали Стэн Ли, Ларри Либер и Джек Кирби. Однако кто он такой и откуда взялся знать вам абсолютно не обязательно – оставлю данную информацию на самостоятельное изучение. Куда важнее то, как его использовал Юинг в своем тексте. В двух словах: Ксенму – «медийный инфоцыган».

Несколько грубое определение, которое тем не менее прекрасно передает суть злодея в рамках истории «Бессмертного Халка». Как талантливый и жадный до денег шоумен, персонаж медленно втирается в доверие к публике, выставляя себя известным героем на камеры. Уже спустя номер пришельца-мутанта любят все без исключений: его сущность заменила собой все «героические» появления Халка, Сорвиголовы и других известных нам супергероев Marvel.

В конечном счете в сюжете появляется детская субботняя передача «Волшебная Планета Ксенму», в которой новая вариация «Халка» представляет собой собирательный образ всех до наивного «светлых» и положительных воспоминаний о детстве. С помощью подсознаний людей, активно предающихся воспоминаниями о своем детстве и посиделках с друзьями у телевизора в субботу утром (время, когда по американскому телевидению крутили свежие мультсериалы), Ксенму окончательно берет контроль над обществом потребления. Теперь он – Халк.

И данный сюжет, как и сквозная линия с развитием Джеки МакГи, прекрасно обыгрывает нашу с вами зависимость от средств массовой информации, брендов и франшиз: одно только появление Ксенму в головах людей посредством ностальгических чувств заслуживает оваций. А ведь помимо этого в юбилейном сюжете раскрываются и современная интерпретация «эффекта Манделы» (как именно коллективные ложные воспоминания просачиваются в общество), и влияние оного на многочисленных линчевателей, и работа подсознания Брюса Баннера с его множественными личностями.

Добавьте к этому диалог Самсона и МакГоуэн из прошлого пункта, а также одну из самых зубодробительных (ха-ха) «трансформаций» Халка выше – и получите отличную арку, не пытающуюся паразитировать на юбилейности одного из номеров.

Лидер

Никита Грицков

Верите ли вы всему, что читаете?

За возвращением Брайна Баннера стоял Сэмюэль Стернс, он же Лидер. Всю жизнь злобный гений знал правду о Зеленой Двери. А в свою очередь, все, что мы знали о Лидере, оказалось истиной лишь частично – и теперь раскрывается его истинное предназначение.

Тридцать четвертый выпуск – полная противоположность нулевому. В «прологе» читателей ждали события из классических комиксов, бережно скомпонованная ссылка на авторитетный источник – здесь же биография Стернса оказывается переписана заново.

Хотя Юинг ретконит лишь скрытые замыслы Лидера, это достаточно весомая разница: большеголовый неудачник и всезнающий гений, мечтающий о пересоздании Вселенной. Разрушает ли подобное вмешательство истории прошлого?

Самым разумным вариантом выглядит предложение выбирать самому. Комиксы, книги, любое творческое произведение не может не противоречить себе, тем более супергероика. В конце концов, это бессмысленное занятие – попытаться логически осознать то, что нужно принимать на веру. Обе версии Стернса вполне могут существовать одновременно в зависимости от точки зрения – даже для третей место остается.

Комиксы лучше всех подтверждают: нужно быть самонадеянным болваном, чтобы не понимать, насколько хрупкими становятся комплексные схемы при многолетнем планировании. В то же время меня зацепила фраза «нового» Лидера, что он «слишком умен, чтобы быть умным». И действительно: только законченный оптимист-идиот может надеяться на достижение даже самой крохотной цели при учете всех потенциальных вариантов, рисков и форс-мажоров. Получается, что отказ от действия – самое разумное действие? Жизнь в качестве преступника-неудачника – самая рациональное использование ресурсов?

Лично для меня явление извращенного мозга Лидера стало «прыжком через акулу» онгоинга. Теперь угроза стала физически ощутимой – осталось только побить Сэмюэля, и дело с концом. По факту ситуация, конечно, оказывается намного сложнее, но исчезновение ореола неизведанного немного расстраивает. Оставить комикс Marvel открытым для интерпретации все еще остается непозволительной роскошью как для авторов, так и для читателей.

Раскрытие Лидера в качестве центрального антагонистом истории –  закономерный ход, но, пожалуй, слишком закономерный после виртуозных арок с погружением на «дно» Вселенной, противостоянием с Базой Теней и разборками с Ксенму.

«Тот, Кто Под Нами»

Давид Пириянц

На мой субъективный взгляд, одна из главных находок современного мира Marvel.

Работая над гайдом про Призрачных Гонщиков более года назад, я всерьез раздумывал над тем, чтобы сделать материал, посвященный исключительно иерархии «адов» в комиксах «компании чудес». Ведь, говоря начистоту, разбираться есть в чем: в одной только вселенной одновременно существуют Мефисто (и не один) со своей преисподней, богиня смерти Хэла, а также сама Смерть.

И каждый из них в той или иной мере контролирует загробный мир супергероев, разделяя между собой сферы влияния. Толику ясности внесли дополнительные материалы из первого номера «Ghost Rider» Эда Бриссона, однако даже они не смогли в должной мере разобрать обилие адских локаций Marvel.

Другое дело – Эл Юинг. Другое дело – «То, Что Под Нами».

Ад – это не место. Ад – полное отсутствие Бога. Не атеизм. Кто-либо едва ли мог отсутствовать, если его никогда не существовало. Чтобы поистине отсутствовать, Бог должен был существовать. Бог должен иметь лицо, чтобы впоследствии отвернуться от нас.

Номера с 11-го по 13-ый представляют читателям «То, Что Под Нами» – мистическое зазеркалье, в котором господствует ненависть и хаос. Здесь нет визуально отталкивающих демонов, полчищ монстров (хотя и они появляются на какое-то время), а вместо уже привычных огня и лавовых озер – пустота и разрушение. Таким оно и останется на протяжении всей серии – «мертвым» и пустым.

Само собой, существо, управляющее настолько ужасающим местом, не могло потеряться на фоне собственного царства. «Тот, Кто Под Нами» бесконечно далек от классической вариации на тему христианского Сатаны с рожками и ярко-красной окраской. Оно – бесформенное, бесхарактерное и бесчувственное создание, скорее схожее со стихией или катаклизмом, но никак не с конкретной личностью.

Оно – отражение «Господа», представленного в десятках религий в виде «умудренного старца, наблюдающего за людьми в облаках». «Тот, Кто Под Нами» – это кабалистическое «отсутствие Бога», который отвернулся от собственных «детей» в разочаровании и ненависти. Его визуальное отображение – один из самых пугающих образов, что я видел за весь свой пятилетний стаж чтения комиксов: далекий от слова «живой», неподкупный, не знающий эмоций и чувств, холодный и всепоглощающий монстр.

Теперь есть я. И только я. Я – всемогущ. И орудие мое есть ненависть.

И он лишь одна сторона медали. На сей раз я намеренно избежал спойлеров в своем рассказе, дабы сказать вам: прочтите «The Immortal Hulk» #50. Зная богатый контекст онгоинга благодаря нашему с Никитой материалу, вы с легкостью погрузитесь в удивительный мир «Халка» и его до мурашек пугающих обитателей. Можете начать с самого начала, можете оценить лишь финальный номер, но тем не менее я настоятельно прошу каждого из вас самостоятельно прочесть онгоинг (или хотя бы его финал) авторства Эла Юинга и Джо Беннетта. Уверяю вас, другой подобной серии нам придется дожидаться еще очень и очень долго.

«Тот, Кто Под Нами» (альтернативный взгляд)

Я вижу концепт «Того, Кто Под Нами» несколько по-другому.

Мне бы не хотелось представлять его как зло в обычном понимании – это нечто за гранью человеческого восприятия, где понятия ужасного и прекрасного не имеют значения.

На протяжении всего онгоинга Юинг переплетал разбросанный лор гамма-семейства, ретконил, додумывал, сочинял объяснения и перерождал своих героев. Каждый ответ на вопрос создавал десятки новых, а каждая новая гениальная идея вдохновляла увидеть новые подробности плана автора. И чем больше предпринималось попыток упорядочить хаос, тем больше возрастало количество хаоса во Вселенной.

В конце концов, трансформация завершилась – страх неизвестного из первых номеров превратился в ужас осознания собственной тщетности в великом замысле.

«Тот, Кто Над Нами» олицетворяет веру, «Том, Кто Под Нами» воплощает знания. Первый управляет Вселенной благодаря тому, что читатели верят в картинки с бабблами – для созидания не нужны предпосылки и логика. Второй может только разрушать, перемалывать, связывать и пересобирать – и вмешательство в жизнь Бэннера стало лишь одной из многочисленных попыток содрать с истории мясо, чтобы изучить ее скелет. Порядок, который держится на надежде, и хаос, порожденный желанием понять. Если немного перефразировать, «Тот, Кто Над Нами» –  это читатель, для которого герои живут независимо от нелепости их приключений, «Том, Кто Под Нами» –  автор, который проводит перестройку Вселенной, чтобы она продолжала жить.

Но ни новая родословная Брюса, ни финальная «пресс-конференция», ни доскональное объяснение космогонии Marvel не способны стать абсолютной истиной – потому конечной целью антипода «светлого» голоса может быть только абсолютная пустота. Только то, чего нет, можно объяснить однозначно.

Вывод

Никита Грицков

Ирония в том, что если вы не прочитаете «Бессмертного Халка», то вы ничего не потеряете в глобальном плане.  Пятьдесят номеров (и спин-оффы!) пролетели, как кошмарный сон, и вряд ли их влияние скажется на предстоящих комиксах про Брюса Баннера. Я даже сомневаюсь, что Юинг когда-либо сможет повторить свой эксперимент – и уж тем более удачно.

И в то же время это однозначный мастрид, который дает десятки поводов для споров, восторгов и сожалений. Таково влияние комикса «Бессмертный Халк» – он надолго останется образцом того, как можно разрушить мир и создать его заново.

Давид Пириянц

Как я и сказал выше, «The Immortal Hulk» – серия комиксов, которая получается раз в десятилетие. Бесконечно интересный как со сценарной, так и со структурной точки зрения, «умный», визуально потрясающий воображение, и, что самое главное, «честный» по отношению к читателям. На мой взгляд, данная линейка представляет собой одно из лучших решений Себульски за всю его пока небольшую карьеру в качестве главного редактора и HR-а издательства – разглядеть пускай и в крайне талантливых, но еще малоизвестных авторах настоящий гений не каждому дано.

А я тем временем хочу напомнить, что при правлении Акселя Алонсо (которое, судя по нашей ретроспективе, надо озаглавить «Темным Правлением») Юинг занимался всякими «Contest of Champions». Звучит примерно так же, как если бы Кейтсу дали писать серию про «Future Fight». Вот оно – грамотное распределение активов компании.

«Бессмертный Халк» строго обязателен к прочтению абсолютно любому фанату Халка, комиксов издательства Marvel, комиксов и поп-культуры в принципе. Одна из лучших линеек прошлого (и, технически, этого) десятилетия, лучший «перезапуск» персонажа и пока, на мой крайне грубый взгляд, лучший комикс Marvel XXI века.

А если вам по какой-то причине мало нашего с Никитой мнения на тему отдельных элементов уже культового онгоинга Эла Юинга и Джо Беннетта, настоятельно рекомендуем вам ознакомиться с недавним выпуском подкаста «На панелях» от коллег из дружественной SpiderMedia. Вряд ли еще где-нибудь вы найдете, внимание, пятичасовой подкаст с подробным анализом всех выпусков основной серии, спин-оффов и кроссоверов!

Комментарии