«Green Lantern/Green Arrow»: когда Зелёный Фонарь свалился на Землю

1 753

Поговорим об одном из самых влиятельных ранов за всю историю комиксов.

В 1960-ых годах прошлого века, Америка была странным местом, в котором кипела не только жизнь, но и борьба. Война во Вьетнаме, череда громких политических убийств, распространение движений по защите человеческих прав, Лето Любви, президентство Ричарда Никсона… Всего и не перечислить. Однако, как однажды сказал Уоррен Эллис – на любой праздник жизни комиксы всегда опаздывают. В то время как власти расстреливали демонстрации, темнокожие активисты попадали в тюрьму, а молодые солдаты гибли далеко от родного дома – супергеройская братия продолжала бить карикатурных пришельцев по их разноцветным мордам и натужно пытаться решить очередную дилемму из серии «любит-не любит». Вплоть до 1970-го года.

В 1970-ом году, подстёгиваемые желанием создать комикс с глубиной и релевантностью, сценарист Деннис О’Нил и художник Нил Адамс берут бразды правления над увядающим онгоингом Зелёного Фонаря, чтобы вместе создать небольшой, но чертовски важный ран, который, по мнению современников и последовавших поколений, сумел самым настоящим образом «перевернуть игру».

Добавив Хэлу в постоянные напарники Зелёного Стрелу — Оливера Куина, на тот момент потерявшего свои богатства, получившего новый облик, но так и остававшегося сугубо гостевым персонажем – О’Нил и Адамс отправили двух героев в путешествие по Америке, на поиски правды не только про свою страну, но и про себя самих.

11-го июня этого года Деннис О’Нил скончался. Ему был 81 год, и за свою долгую жизнь он сумел сделать для комиксов столько, сколько мало кто другой когда-либо сумел бы. Чтобы почтить память великого автора, а также в рамках ивента «Месяц Супергероев» издательства «Азбука», давайте немного поговорим об одном из ключевых моментов в карьерах Денни О’Нила и Хэла Джордана – о том, как супергерои впервые осмелились взглянуть в глаза тем людям, что с таким упоением читали комиксы про них. Что за смелые решения были приняты, что за вызовы были брошены, что за стереотипы были сломаны, что за вещи в «Green Lantern/Green Arrow» оказались настолько примечательны, что эти истории способны найти отклик у аудитории и полвека спустя?

Ногами на землю

Разумеется, хребтом рана был очень простой и прямолинейный подход, суть которого заключалась в следующем – спустить Хэла Джордана с небес на улицы его родной страны. Основной идеей Денни О’Нила, до этого уже успешно реализованной в одной из его арок «Лиги Справедливости», было сращивание супергеройских похождений – их стиля, лоска и шарма – с обсуждением чего-то действительно важного, что происходит прямо сейчас. Именно этот подход привлёк внимание звёздного художника Нила Адамса, пытавшегося подыскать своему таланту нечто действительно достойное рисования.

Посему – в первом же выпуске Хэл прилетает на Землю, где обнаруживает, что в его родном доме полным-полно проблем, которые куда сложнее, чем казалось свысока, и ослушивается прямого приказа Хранителей, запретивших ему принимать участие в их решении. Затем, он не только сопровождает одного из представителей своего инопланетного начальства в путешествии по стране, но и, в качестве штрафа за непослушание, получает «дебафф», снижающий потенциал возможностей его кольца.

Таким образом – Зелёный Фонарь не только вынужден встретиться лицом к лицу с проблемами его соотечественников, но и вновь может ощутить всю человеческую уязвимость. Герой регулярно оказывается в смертельной опасности, под дулом пистолета или в кулачном бою с обыденным, но от этого не менее угрожающим человеческим оппонентом. Всё это не только добавляет комиксу интересности, но и служит очень простой цели показать персонажу и читателям, что переулки обыкновенного города могут нуждаться в героизме ничуть не меньше, чем неизведанные космические просторы.

Столкновение идеологий

Обратной стороной рана и антиподом Хэла выступает его друг – Зелёная Стрела. В противовес Фонарю – Оливер не связан по рукам и ногам кодексом космической полиции, привык думать самостоятельно, не признаёт никаких авторитетов и прекрасно осведомлён, как обстоят дела вокруг него. Именно он заставляет Джордана по-настоящему обратить внимание на тех людей, что он вызвался защищать, и взывает к совести и благоразумию Хранителей, которые строго запрещают своему подопечному уделять время тяжёлым социально-политическим проблемам, характерным для Америки 60-ых.

При этом, Стрела твёрдо уверен, что искать помощи у тех институтов гражданского общества, что уже подвели своих граждан – пустое, бессмысленное занятие. Как истинный виджиланте, Оливер Куин пускает в ход методы борьбы современного партизана – объединяет вокруг себя людей, обманом выводит негодяев на чистую воду, заставляет притеснённых встать на свою защиту и не брезгует простым и прямолинейным ударом в челюсть, если правовые методы не дают результата. Всё это регулярно приводит Оливера к конфликту с гораздо менее радикальным и всё ещё верящим в традиционное правосудие Хэлом, в ходе которого они не только выясняют отношения, но и через диалог и сравнение результатов своих действий пытаются понять, чей подход лучше адаптирован под суровые реалии.

(Супер)человек против власти

Отталкиваясь от этого идеологического противостояния, О’Нил поднимает ещё одну, очень важную проблему как тогдашнего, так и нынешнего общества, практически табуированную в комиксах того времени. Традиционно, в историях 60-ых – политики, военные и полиция были категорически хорошими парнями, стоящими на страже мира, порядка и покоя «простого человека». А супергерои – категорически убеждённые в их правоте и всячески им способствующие улыбчивые доброхоты, которые никогда не усомнятся и не скажут слова поперёк. В «Green Lantern/Green Arrow» эти отношения работали совершенно иначе.

За все тринадцать выпусков в серии было чрезвычайно мало стандартных, суперзлодейских антагонистов. На их месте выступали обладающие властью и, как правило, облачённые в форму люди или с деньгами, или с пистолетами, или с палками, или просто с тяжёлыми сапогами. Сама форма государственного служащего в комиксе превращалась в знак чего-то недоброго, и зачастую её обладатель полностью оправдывал связанные с ней опасения. Охранники до полусмерти избивали случайных гостей, политики обманчиво апеллировали к народу, чтобы победить на выборах, мэр провинциального городка провоцировал население выступить против него с оружием, чтобы получить оправдание для «закручивания гаек», а полицейские рыскали по кварталам чернокожих, ища повод скрутить их обитателей.

Что особенно интересно – Хэл, будучи точно таким же полицейским в чуть более яркой форме и с куда более мощным табельным оружием, был самой настоящей частью проблемы. В космосе Фонарь был почитаемым хранителем спокойствия, наделённым неоспоримой властью и авторитетом. Однако у нас, на Земле, Джордан очень быстро понимает, что он для окружающих, с его типично-полицейскими методами – не более чем ещё одна свинья в форме, стоящая ботинком на горле и без того замученного человека. Разумеется, как настоящий герой, Хэл принимает смелое решение поменять систему изнутри.

Злободневность для самых маленьких

Не смотря на то, что в своё время ран существенно раздвинул границы жанра, а О’Нил стремился говорить прямо и по делу – сама суть супергеройского комикса начала 70-ых вносила свои коррективы. От того, что комиксы всё ещё были журнальчиками сугубо для детей, а с угрожающим «Comics Code Authority» приходилось считаться – деваться было некуда. А потому – Денни и Нилу нередко приходилось облачать свои высказывания по поводу политики, общества или происходящих вокруг событий в аккуратную обёртку из метафор и завуалированных кивков в очевидную для любого вдумчивого читателя сторону.

Например, в #78-ом выпуске Фонарь и Стрела натыкаются на некую общину-«семью», глава которой, некий Джошуа, призывает своих подопечных взять в руки оружие, чтобы обрушить свой гнев на всех не-белых жителей страны. Более того – Чёрная Канарейка, будучи избита до бессознательного состояния случайными байкерами и найдена членами «семьи», оказывается очарована Джошуа, и становится его «любимой дочерью», в паре с которой он планирует «дать своему святому посланию расцвести».

В другом выпуске под номером #83 – герои вступают в противостояние со странным дедулей и маленькой девочкой, обладающей телепатическими способностями. По своей профессии дедуля является школьным поваром, однако категорически отказывается ограничивать свои полномочия данной ему властью, и с помощью своей подопечной одурманивает детей, превращая их в послушных зомби, а также жестоко «наказывает» всех, кто «вёл себя нехорошо». Периодически провинившиеся умирают страшной смертью в ходе «наказания», но дедуля даже не думает брать вину на себя – он ведь не убивает, а просто «наказывает». Дедуля, кстати, обладает лицом Никсона, а девочка-телепат лицом Спиро Агню.

Подобных подмигиваний и «тайных сигналов» в серии хватает. То обложка отсылает к суду над активистом Робертом Силом, то герои обнаруживают себя на перенаселённой планете с подозрительным названием Мальтус, то маленькая переносная пластиковая коробочка внушает свою волю обладателям… Искать такие культурные отсылки в комиксе – отдельное удовольствие.

СНЕЖНЫЕ ПТАШКИ НЕ МАШУТ КРЫЛЫШКАМИ!!!

Но, разумеется, особенно сильно ран О’Нила и Адамса запомнился той самой историей, в которой Стрела и Фонарь столкнулись с опасностью «страшнее атомной бомбы» – с наркотиками. По заверениям Адамса – ту самую обложку и идею для сценария он предложил задолго до аналогичного сюжета в комиксе про Человека-Паука, однако его задумка была отвернута издательством, боявшимся нарушить ограничения «Кода», которые Стэн Ли проигнорировал, опираясь на поступивший от департамента здравоохранения США запрос по созданию подобного комикса.

Сюжет «Snowbirds Don’t Fly», опубликованный в номерах #85-86, во многом был основан на опыте обоих авторов. Адамс был председателем местного центра по реабилитации, а О’Нил жил в районе с большим количеством зависимых и лично дружил с несколькими из них. Это сочетание животрепещущей темы, личной заинтересованности и мастерства создателей породило на свет один из самых ярких сюжетов того времени, в котором друг и подопечный Куина, Рой Харпер, не только связывался с наркоманами, но и сам становился одним из них, чем буквально сокрушал Оливера.

История обладала изрядной долей драматизма, использовала все возможности комиксного искусства, чтобы продемонстрировать ужасы героиновой зависимости, и красочно обрисовывала размах и опасность проблемы. А самое главное – показывала, что корнем зла являются далеко не уличные пушеры, а личная слабость человека, недоверие к властным институтам, состоятельные дельцы и недостаточное внимание со стороны близких.

Среди всех сюжетов этого периода – именно притча про горести снежных забав до сих пор читается интереснее всего. Не в последнюю очередь потому, что подростковая наркомания по сей день остаётся насущной проблемой нашего общества.

Джон Стюарт

Однако самым долгоиграющим новшеством рана стал не наркоман-Спиди, а совсем другой персонаж, созданный О’Нилом и Адамсом. Сегодня Джон Стюарт известен всем поклонникам вселенной Фонарей как самый стойкий, надёжный, уверенный и профессионально-квалифицированный член Корпуса. Солдат-ветеран и архитектор, не понаслышке знакомый с трудностями «маленького человека»? Прости, Хэл, но сравнение явно не в твою пользу.

Однако в момент своего появления Джон был совсем другим персонажем, дебютировавшим в короткой тринадцатистраничной истории, где Хранителям потребовалось срочно искать нового «запасного» Фонаря, после того, как Гай Гарднер получил травму, спасая жизнь маленькой девочки.

Став первым чернокожим супергероем вселенной DC, Стюарт представил яркую альтернативу всем прочим героям издательства, через которую О’Нил и Адамс сумели достаточно бегло, однако довольно успешно осветить проблемы современного им чернокожего сообщества.

Например – Стюарт согласился стать Фонарём исключительно потому, что архитектору с его цветом кожи было крайне тяжело найти работу, наотрез отказывался носить маску, так как не считал нужным что-то прятать, и был, в отличие от Хэла, куда сильнее обеспокоен справедливостью, а не своими полицейскими обязанностями.

В итоге Джон, дебютировав в предпоследнем выпуске рана, как будто оказывался решением одной из основных проблем, поднятых ещё в первом номере, где Джордану был задан резонный вопрос – что он, как супергерой, защищающий инопланетян всех цветов кожи, сделал для собственных чёрных соседей? Теперь у афроамериканского рабочего класса был собственный Зелёный Фонарь, который в самую первую очередь думал о помощи своим согражданам. И, как гласила заключительная рамочка с текстом – он никуда не собирался уходить.

Притча вместо пропаганды

У вас, наверно, могло сложиться впечатление, что весь период О’Нила и Адамса состоял из непрерывного морализаторства, где авторы были заинтересованы в том, чтобы «продать» читателям собственное мировоззрение, отводя непосредственной истории последнее место. В этом случае – вы окажетесь неправы. Как говорит О’Нил – ему было весьма тяжело не просто искать новую проблему американского общества и формулировать своё отношение к ней, но и давать получившемуся конфликту уместное разрешение. Потому, что как правило – такого разрешения Деннис найти не мог.

Именно по этой причине большинство историй рана оканчиваются поражением злодея, но не поражением зла, которое выходит далеко за рамки одного расиста, коррупционера или наркомана. В #78-ом номере, освободив Чёрную Канарейку из под влияния Джошуа, Оливер мягко намекает ей, что даже если харизматический лидер сумел «загипнотизировать» своих последователей – какая-то часть вины всё равно остаётся за человеком, что позволил себе прислушаться к его бредням. В #84-ом, разрушив злодейские планы фирмы по производству подавляющих волю устройств, герои обнаруживают, что люди с радостью сами обменивают свободу своей воли на весьма похожие устройства, стоит им только узнать о распродаже. В финальном выпуске рана Стрела и Фонарь сталкиваются с одиноким экологическим активистом, который изо всех сил старается остановить загрязнение окружающей среды, однако в процессе подвергает жизни случайных людей опасности.

Наконец, в той самой арке про вред наркотиков – именно личная безответственность Оливера Куина, главного правдоруба и защитника угнетённых, становится причиной, по которой Спиди приходится искать опору и поддержку не у своего мудрого наставника, а на конце иглы. Проще говоря – авторам «Green Lantern/Green Arrow» было гораздо важнее обратить внимание читателя на какую-то из окружающих их проблем, а не выпустить агитационный журнал, в котором два Зелёных супер-парня покажут конкретное лицо, в которое нужно кинуть камень на улице, чтобы наркомания, расизм и злоупотребление полномочиями исчезли с лица земли.

Поэзия борьбы

Наконец, одна из самых неочевидных особенностей периода, которую замечаешь лишь спустя некоторое время после прочтения – нередко О’Нил и Адамс позволяли себе быть не просто рассказчиками и активистами от мира комиксов, но и самыми настоящими «поэтами революции». По всему рану можно обнаружить множество действительно мощных сцен, романтизирующих не только людей, с их бесконечными проблемами, но и тех редких, настоящих героев, что с этими проблемами борются.

Тирада Оливера Куина об американской душе, которая разлагается изнутри. Одинокий гитарист, посаженный в тюрьму за песни о кошмарах его родного городка. Кулачная схватка двух главных героев, сопровождаемая цитатами из «Армии ночи». Полицейский, который напоминает своему коллеге, что их форма не гарантирует им испуганное уважение всех окружающих – это уважение надо заслужить.

Все эти яркие, важные моменты придают нередко наивному, клишированному, а порой и совсем карикатурному комиксу какой-то таинственной, необъяснимой, но весьма ощутимой эмоциональной глубины, которая даёт понять кое-что очень важное. Даже при всех ограничениях жанра, даже при повествовательных особенностях супергероики того времени, даже с учётом того, что Фонарь и Стрела опоздали со своим «пробуждением» на пару-тройку лет – Деннис О’Нил и Нил Адамс искренне хотели открыто поговорить с читателями о тех трудностях, с которыми абсолютно реальные, будничные борцы за правду и справедливость до последней капли крови сражались на улицах их родной страны в то самое время. Судя по тому, что мы обсуждаем их попытку десятки лет спустя – вышло у них неплохо.

Завершает ран история не только с библейским символизмом, но и с библейским размахом. Наивный, но очень искренний экологический активист Исаак, узнав о том, что он по неосторожности подверг людей опасности, приковывает себя самого к двигателю самолёта, осознавая, что его больные лёгкие не позволят долго дышать выхлопами топлива, которыми отравлен окружающий воздух. Пытаясь ему помочь, Хэл и Оливер оказываются избиты и скручены охранниками полигона.

Решив преподать трём неравнодушным урок – рабочие не снимают Исаака, и подвешивают Фонаря и Стрелу к хвостам соседних самолётов, заставляя их наблюдать, как он умирает. С наступлением рассвета, Оливеру удаётся разорвать сковывающие его цепи, только чтобы обнаружить бездыханное тело активиста, горделиво возвышающееся на столбе в лучах восходящего солнца. Прибывшая на место владелица полигона и подруга Джордана – Кэрол Феррис – безучастно разводит руками: «Пожалуй, кого-то всегда приходится приносить в жертву прогрессу».

Единственный ответ, который находит Хэл – молчаливый взмах волшебным кольцом, взрывающий все стоящие рядом экспериментальные самолёты. К финальному номеру, герой и авторы приходят к выводу – за определённой чертой слова становятся бесполезны.

В рамках «Месяца Супергероев» редлагаем совершенно бесплатно прочесть комикс «Зеленый Фонарь: Тайное Происхождение» от издательства «Азбука» по вот этой ссылке!

Комментарии